Обновление

Обновлена статистика.

Все обновления в твиттере www.twitter.com/hockeyfights_ru

Рубрики

Те, кто любят драки. Окончание

Йон МирастиУ Йона Мирасти круглое дружелюбное лицо озорного херувима. Его рост 178 см, вес 90 кг. Однако на льду он кажется выше и шире и явно намного грознее. Совсем не похож на херувима, скорее на разозлённого медведя.

Я вернулся в Сиракьюз. Утренняя тренировка Кранч закончена и Мирасти знакомит меня с азами хоккейной драки. Я в джинсах и свитере команды и, к счастью, мы лишь обозначаем наши действия. Иначе бы я уже валялся без сознания или же читал условия своей страховки. Мирасти встаёт в стойку, ухватывает меня и ударяет слегка. Его кулак холодный как гранит, хватка на моём воротнике железная.

«Ты видишь кровь, — говорит он, — и продолжаешь драться».

Хоккейная драка – это танец. Как уже отмечалось, с зашкаливающим адреналином. Устрой шоу типа «Сбрось краги со знаменитостью» и рейтинги его будут зашкаливать. Первый шаг – это захват. Правша? Ухвати в кулак свитер оппонента своей левой рукой – ближе к шее, если ты готов к открытой схватке, за правое плечо, если не хочешь, чтобы он мог бить сильно. Так ты обретёшь равновесие, оставишь свободной правую руку и сможешь бить короткими, но злыми джебами своей левой рукой. Хороший захват очень помогает в стычке.

Но будь осторожен – соперник также пытается ухватить тебя.

Теперь бить. Ты хочешь ударить, ударить сильно, первым. (Мирасти тренируется с 12-килограммовыми гантелями: по одной в каждой руке, кулак вверх, 30 секунд ударов, сменить руку, повторить). Не забудь упрятать свой подбородок за наплечники, потому что бьёшь не только ты, но и тебя. Подустал? Время «пристегнуть ремни» — ухвати оппонента за оба плеча и сжимал словно тиски. (Когда Мирасти делает так, меня охватывает клаустрофобия. И остерегайтесь ударов по почкам, это одно из противодействий захвату за плечи).

Чувствуешь, себя смелым? Попробуй сменить руки. Мирасти делает это, когда соперник выше него удерживает его на расстоянии вытянутой руки, а также просто потому, что он может сменить руку. Это, так сказать, его фирменный знак. Работает как-то так: моя левая рука держится за правое плечо Мирасти. Его левая хватает за мою правую. Мы обмениваемся ударами с правой. Мои руки длиннее. Мои удары достигают цели. Именно этого он и хочет. «Тебе кажется, что ты сейчас выигрываешь, — говорит он с улыбкой. – Но смотри».

Правая рука Мирасти влетает под мою левую, ухватывая чуть ниже шеи. В то же самое время, его коньки и плечи разворачиваются, а левая рука отводится назад. Он сгруппировывается, готовый наносить удары. Вес и момент на его стороне: я теряю равновесие, руки нейтрализованы, каким-то образом подвинув Мирасти к моему совершенно беззащитному лицу. Это случилось в мгновение ока, и я счастлив, что никогда не учился кататься на коньках.

Позже, когда мы сидим на скамье запасных, два парня, пожалуй, старшеклассники, выходят на лёд. Они кружат друг вокруг друга, боксируют, затем хватаются за футболки. Я слышу как они пыхтят, пытаясь побороть один другого, до тех пор пока один не поскальзывается и падает на спину с громким звуком.

«Добро пожаловать в Сиракьюз Кранч. Тут дерутся даже мальчики, подающие воду».

Он шутит. Вроде того. Кранч пробились в плейофф АХЛ, не в последней мере благодаря тому, что они играли жёстко – сокрушительные силовые приёмы, выведение соперников из себя, превращение игр в тест на устойчивость к боли. Устрашение оппонентов и втягивание их в драки. Лёд превратился в школьный двор. Мирасти – самый крутой пацан в классе. Его одноклубники поведали мне, как в недавней игре против Гранд Рапидс, капитан Кранч Зенон Конопка вызывал на бой любого со скамейки запасных соперников.

Давайте. Всё по-честному, один из наших против одного из ваших. Покажите нам из какого теста вы слеплены.

Грифоны отклонили приглашение. И Кранч силовой игрой добили себе победу 5:2.

«Мы выигрываем, даже не выходя на лёд. – Говорит Конопка. – Соперники просто хотят убраться отсюда поскорее и без травм. С Йоном мы чувствуем себя неуязвимыми на льду. Смотришь на его драки и словно теплота разливается внутри тебя».

Он останавливается, видя моё недоверие. «Да, слышать такое, пожалуй, дико. Но это правда. Когда команда взяла к себе Йона, они спросили моё мнение. Я сказал: «Возьмите парня, которому нравится драться».

Но он не всегда любил драться. Вот в чём дело: никто из энфорсеров не рос, мечтая стать следующим Пробертом. Все грезили карьерой Марио Лемье. Но в какой-то момент они осознавали, что это также реально, как и расширение НХЛ на Марс. Чтобы оставаться в игре, им нужно было подстраиваться. Делать то, что дОлжно. Например, подставляться под удары.

У Мирасти всё было точно также. Он рос на ферме, любил лошадей, в 7-10 лет был бомбардиром. В 15 лет его пригласили в тренировочный лагерь, где тогдашний тафгай-чемпион вызвал его на бой. «Ему было 20, — вспоминает Мирасти. – Я побил его. Тренер не отправил меня домой».

У него был талант. Правда, неизвестно от кого. Может, нерастраченный гнев после развода родителей. Может, дети в резервации слишком часто дразнили его из-за смешанного происхождения – Кэти была ирландских кровей, Гэри – индеец Кри – называя его беломазым, когда тот выходил на лёд. Может, это просто его непрошибаемый череп, подарок от бога вышибал. «Я никогда не встречал другого такого парня, которой мог так держать удар. – Говорит Конопка. – Смотришь на него на скамейке штрафников после драки, а он как огурчик. Вообще невероятно».

Мирасти пробивал себе путь наверх из Принс Альберт и Мус Дже из Саскатчевана, из Бейкерсфилда, Калифорния к Данбери, Коннектикут. Он провёл три сезона в квебекской LNAH, самой убийственной, отраде для бойцов, лиге в спорте. Он подзаработал денег, у него родился сын, он встретил свою невесту, из его левой ладони извлекали зуб, в правой руке у него стальная пластина. (Зуб повредил сухожилие над его средним пальцем; пластина заставляет срабатывать металлоискатели в аэропортах). Он стал культовым героем поклонников ледовых потасовок. Его бесстрашная манера боя, выкладываемая на Youtube набирает не одну тысячу просмотров. Летом 2008 он уже был готов завязать с хоккеем, отправиться домой в Мидоу Лейк, к 6-летнему сыну Тристану. Ходить в походы, охотиться и рыбачить. Тренировать команды мальчишек. Может, попробовать свои силы в MMA. Он не рассчитывал, что сможет побороться за место в команде НХЛ.

«Я считал, что для чистого тафгая я и так уже зашёл максимально далеко». – Вспоминает он.

Но вмешался Эрик Беман, хороший друг и агент Мирасти. Что ещё более важно – он – фанат. Фанат ледовых потасовок до мозга костей. Самую первую драку на льду увидел в 1978 году и с тех пор его зацепило. Будучи подростком он налаживал контакты с командами НХЛ, общался с энфорсерами в отелях, удивляя их своим знанием их юниорской карьеры. Потом он исколесил всё восточное побережье, просматривая и снимая драки на видео. Он знает Ники В. Он знает тех, кто был на этом посту ещё до Ники В.

«Говоришь, ты с подружкой отправляешься в отпуск на Гавайи, — рассказывает он. – А куда же еду я? Девять часов на дорогу в Квебек для съёмок тренировочного лагеря, 15 драк. Вот это мой отпуск мечты».

Беман зарабатывает на жизнь тренерской работой, владея сетью фитнесс-магазинов в Нью-Джерси. Но страсть к дракам никуда не ушла и, примерно лет 10 назад, он решил стать агентом. Агентом тафгаев. Исключительно тафгаев. Ни о какой денежной мотивации речи не шло – прибыльнее было бы разрабатывать нефтяные месторождения в центральном парке Нью-Йорка – только желание сохранить своё хобби. С Мирасти он познакомился четыре года назад, помог в переговорах с Кранч и провёл два года, снимая видео о Мирасти на льду и вне него, потратив ещё 10000 долларов на видеоаппаратуру. Он хотел бы сделать документалку, что-то похожее на хорошо принятый зрителями фильм о бойце ММА «Крушащая машина». Он очень хотел бы, чтобы Йона пригласили в тренировочный лагерь НХЛ, увидеть как он пробивает путь наверх – только для того, чтобы показать, что жёсткий хоккей жив.

Йон МирастиИграет ли сам Беман в хоккей? Нет. Только роллер и уличный, но никогда на льду. Никогда не было такой возможности.

«Я просто мужик, который сделает всё ради драк в хоккее». — признаётся он.

Дико, странно и прекрасно

«Чертов Гиллис, чувак». – Кокрейн остаётся недовольным.

Начало третьего периода игры Кранч – Ривер Рэтс и никакого намёка на битиё лиц. И даже ругань Конопки со всей командой соперников и тот факт, что часть фильма «Щелчок» снималась на этом стадионе, никак не помогают. Перчатки Мирасти крепко сидят на его руках. Зрители продолжают требовать боя.

«Явно так задумано». – говорит Кокрейн, уставившись на пустое место на скамейке запасных Ривер Рэтс.

Я переосмыслил теорию Кокрейна: Тренер Олбани не даёт Гиллису драться с Мирасти, потому что я здесь, чтобы увидеть это. Чем больше я думаю над этим, тем больше это становится нелепым. Не нелепым. Эгоистичным. Не обвиняйте меня, вините перемены. Вините культуру, которая хочет, чтобы насилие было ограничено ММА и GTA. Гарантированная драка? Возможно, те дни уже закончились. Может, мы уже не увидим ничего такого, не сейчас, когда многократно повторяемая драка с участием сына бывшего вратаря НХЛ Патрика Руа, вызывает такое неприятие в обществе. Может быть, Кокрейну и другим любителям ледовых поединков придётся привыкать к миру, в котором хоккейные вышибалы будут музейными экспонатами, в котором Мирасти возвращается в свою глубинку, рыбачить вместе со своим сыном.

Кокрейн смотрит на меня, как на чокнутого.

«Драки это то, что необходимо игре, — убеждённо говорит он. – Ты можешь попытаться избавиться от них, но это только вопрос времени, когда они вернутся вновь. Это словно вытащить животное из его естественной среды обитания. Оно вернётся. Энфорсеры однажды снова станут ценным ресурсом, как было не так давно. Рим не меняется. Рим любит гладиаторов».

Мы что, в Риме? Стоило бы почитать книги на эту тему. Я ухожу со своего места, чтобы сменить обстановку, направляюсь в туннель. Внезапно слышится шум зрителей. Что-то происходит. Я пробиваюсь к сектору, почти противоположному тому, где мы сидели с Кокрейном. Один из болельщиков вводит меня в курс дела: «Фришмон размазал Борера и теперь точно будет драка».

Так оно и есть. Тревор Фришмон из Сиракьюз поймал на силовой приём Кейси Борера из Олбани и вывел того из строя. Кто-то из Ривер Рэтс должен отомстить. Таков Кодекс. Мирасти и Гиллис становятся рядом за пределами круга вбрасывания.

«Ну что, бьёмся или как?» — спрашивает Мирасти.

«Да, да, не сомневайся». — отвечает Гиллис.

На лёд летят перчатки, а за ними и Шлемы. Мирасти с Гиллисом прокатываются к центру площадки, кружа друг вокруг друга, руки движутся вверх и вниз. Гиллис хватает Мирасти, трижды пробивая с левой поверх руки соперника. Он отклоняется назад, уходя за пределы досягаемости кулаков Мирасти и держа его правой. Мирасти ныряет вперёд, получает несколько ударов в бок головы и подбирается ближе. Теперь начинается размен ударами, без какого-либо намёка на защиту. Мирасти – правой, Гиллис – левой: один, два, шесть, восемь… Я потерял счёт ударам. Зрелище и ужасает и впечатляет одновременно. Вспоминаю Дмитрия, любителя драк и ведущего сайт с бойцовской фэнтези-лигой, которого я встретил онлайн. Дмитрий впервые увидел ледовый бой во время серии Канада – СССР. В тот же самый момент, вспоминает он, хоккей стал для него войной. Ужасной, дикой и прекрасной. От которой невозможно оторваться.

Через три сиденья справа от меня сидит пожилая женщина, вся в слезах. Она никогда прежде не видела хоккейной драки.

Это бабушка Мирасти.

В двух сиденьях от меня блондинка в свитере Мирасти и уггах. Она вскочила на своё кресло, кричит, свистит и размахивает указательным пальцем.

Это мама Мирасти.

Рядом со мной парень с цифровой камерой, записывающий драку. «Убей его. – кричит он. – Убей его, Йон».

Это двоюродный брат Мирасти. Он из ВМФ, позже в этом году он отправится в Ирак.

Проходит минута. Удары становятся медленнее. Гиллис цепляется за плечи Мирасти, пытаясь передохнуть. «Хороший бой». – говорит он. Рефери намереваются прервать бой, однако Мирасти отгоняет их: «Эй, погодите ещё!» А потом он делает то, что я ещё никогда не видел на записях драк.

Он улыбается. Гиллис видит это. Все видят это. Мирасти наслаждается битвой. Он хочет продолжать. Я смотрю через арену на Кокрейна. Он стоит со скрещёнными руками и кивает. Он выглядит… удовлетворённым. Почти умиротворённым. И теперь я понимаю. Всё это время я полагал, что любители драк просто жаждут увидеть, как кто-то бьёт другого в лицо. Жажда крови и неудовлетворённая ярость. Но это лишь неполная часть. И это не то, что по-настоящему движет истинно верующих в Культ Вышибал. Ими движет желание получить удар в лицо, а затем получить ещё. Страдать за своих одноклубников, за хоккей, за всех, кому есть до этого дело, за то, что никто другой больше не сделает. Ты не обязан выиграть. Ты просто должен заявить о себе.

«Убей его, Йон!»

Гиллис бьёт Мирасти в челюсть и снова начинается обмен ударами, под крики возбуждённых зрителей. И каждый удар словно акт любви.

Источник: espn.com

Поделиться в соц. сетях

0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>